ЭММА ХАУК: МАРГИНАЛЬНОЕ ИЛИ ИСКУССТВО ДУШЕВНОБОЛЬНЫХ ЛЮДЕЙ

эмма хаук. искусство душевнобольных. плацкарт.

Душевное состояние человека отражается на его творчестве. Это касается всего искусства в целом: литературы, живописи, музыки, танца, театра. Внешние обстоятельства и внутренние переживания автора накладывают отпечаток на произведение, которое впоследствии становится материалом для исследования. Немецкий психиатр и собиратель искусства душевнобольных людей Ханс Принцхорн сказал, что даже простой набросок, как проявление многозначительных жестов, является психическим составляющим личности.

Свою коллекцию Ханс Принцхорн начал собирать в 1919 году, когда работал ассистентом врача в больнице при Гейдельбергском университете. Он рассылал письма руководителям психиатрических учреждений с просьбой отправить ему творческие работы их пациентов. Таким образом, ему удалось собрать внушительное количество артефактов тех, кто в психиатрической больнице провели десятки лет.



В одном из своих интервью директор Музея коллекции Принцхорна Томас Роеске рассказал, что иногда пациенты начинали рисовать после долгого молчания уже в позднем возрасте.

«Искусство показывает историю людей, которые были исключены из общества. У нас вряд ли есть другие свидетельства о том, что они чувствовали и о чем думали. Каждое произведение дает этим людям голос. Эти работы развивают и наше с вами эстетическое мировосприятие. Когда вы на них смотрите, получаете другое представление о том, что считается искусством в нашем обществе. Коллекция Принцхорна показывает гораздо больше аспектов жизни человека и жизни в обществе, чем искусство, каким мы привыкли его видеть», — говорил Томас Роеске[*].

Читайте также интервью с украинскими художницами, которые кистью помогают обществу.

Немалой значимости историческому наследию Принцхорна добавили письма Эммы Хаук, которая в 1909 году попала в психиатрическую больницу с сильным беспокойством и навязчивыми состояниями. Она ушла из семьи, полагая, что заразилась от двух маленьких дочерей неизлечимой болезнью. Хаук также считала, что заболеть могла от поцелуя ее мужа — школьного учителя, за которым была замужем четыре года. В клинике Эмма лежала два раза: изначально пробыв в больнице месяц, пациентка смогла вернуться домой, однако там ее состояние только ухудшилось — Хаук снова положили в Гейдельбергскую психиатрическую лечебницу. После нескольких месяцев наблюдения, врачи заключили: пациентка неизлечимо больна.



Во время пребывания в больнице Хаук начала писать письма. Адресованы они были ее мужу. Своим стилем письма напоминали полотна американского художника Сайя Твомбли[*] (впрочем, опираясь на хронологию, картины Твомбли начали выходить из-под его руки только через сорок лет, после смерти Эммы Хаук, — в 1960 году). В своих письмах душевнобольная женщина просила одного, нанося слова на бумагу слой за слоем: «Дорогой, приди». Эти слова охватывали страницу от края до края так, что они становились нечитаемыми.

«Слова Хаук так плотно сжаты и начертаны, что на странице они образуют темные вибрирующие вертикальные столбцы. Это заставляет нас рассматривать письмо как выразительную абстракцию и находить в нем чисто эстетическое удовольствие: пока мы не расшифруем маркировку, и ее личная мольба не станет навязчиво публичной, а красота не станет ужасно острой», — анализирует творчество Эммы Хаук сайт Outsider Art Fair.

Знакомься также с материал о Марине Абрамович и ее методах взаимодействия со зрителем.

В истории эти письма фигурируют как крик человека, который просит помощи. В больнице Эмма Хаук провела одиннадцать лет. Умерла она в 1920 году, так и не дождавшись ответа своего любимого мужа.

Позже, уже в 1945 году, французский художник Жан Дюбюффе[*] ввел термин «Ар брют», под классификацию которого попадали произведения людей с ограниченными возможностями, душевнобольных и заключенных — то есть тех, кто производит маргинальное искусство. В частности, определенное влияние на Ар брют оказала монография Ханса Принцхорна. Его работа, а также коллекция, стала знаковой в мире искусства и позволила посмотреть на творчество под другим углом.


Текст: Паша. Перевод: Аня.