ПАВЕЛ ИЛЬИЧ: РАССКАЗ «ПОЖАЛУЙСТА»


Раздался телефонный звонок. Я не ответил. Затем ещё один. Я не подошел. Через несколько минут мобильник завибрировал вновь. Я знал, кто звонит, оттого и не брал трубку. На четвёртый раз я не выдержал:

— Алло, — говорю.
— Я у Нади, забери меня.
— У какой еще Нади?
— Поэтессы.
— Тебя не смущает, что мы больше года не общались, а сейчас ты просишь забрать тебя от какой-то Нади?
— Пожалуйста.
— Ладно. Сейчас буду.

Я оделся и вышел на улицу. В лицо тотчас ударил свежий морозный ветер. Через пятнадцать минут я стоял на пороге и ждал, пока мне откроют. Минуту спустя за дверью послышался шорох. «Не иначе как старуха процентщица», — подумал я, проводя аналогию между собой и Достоевским.

— Привет. Входи, — пригласила Надя.

Я вошел. В квартире было много каких-то людей, которых я знал в прошлой жизни. Некоторые из них подходили ко мне, жали руку, спрашивали о делах.

— Что, так и фокусничаешь со своей колодой? — спросил кто-то.
— Угу, — говорю.

Никаких существенных перемен за год не случилось. Я как был фокусником, так им и остался. Скитаюсь между выступлениями, что-то читаю, что-то пишу, кого-то удивляю. Подготовил к изданию сборник рассказов, купил новый телефон, перестал пить, больше хожу пешком. Все. А если и забыл что-то, то явно не такое, о чем можно хвастаться.

— Выпьем? — предложил кто-то.
— Бросил.
— А куришь?
— Уже нет, — отказался я, с видом извиняющегося человека.

Я вышел на балкон и увидел ее. Впервые за год. Тотчас мне стало как-то невыносимо грустно, больно и отчего-то страшно. Она сидела на маленьком красном стульчике и курила.

— Быстро добрался, — говорит.
— Время такое. Пробок нет.
— А ты изменился.
— Ты тоже, — соврал я.

Она не изменилась. Вернее, не изменилась оболочка. За исключением цвета волос — теперь он не белый, а пепельный. О ее внутренних метаморфозах я пока не в курсе.

— Пойдем отсюда, — она встала, жестоко вдавила окурок в пепельницу и прошла мимо меня в комнату. За ней тянулся шлейф запаха сигарет вперемешку с духами, которые я очень любил в прошлом.

В комнате кто-то играл на гитаре, кто-то пел, кто-то целовался на диване. Мы прошли мимо, в коридоре оделись, попрощались с Надей и ушли. В лифте ехали молча. До остановки тоже шли молча. Непроизвольно в моей голове всплыли воспоминания о том, как несколько лет назад, в этой же квартире, я впервые с ней переспал. Это был не секс, а издевательство. Я был пьян до такой степени, что несколько минут просто-напросто не мог попасть членом в вагину. До какого-то определенного момента мне вообще казалось, что кончить я так и не смогу. Но то ли чудеса, то ли внезапно отступивший от меня хмель, но я все-таки дошел до финала.

— Чем живешь сейчас? — нарушив долгое молчание, проговорила она.
— Как и раньше: пишу, показываю фокусы.
— В универе слух ходил, что ты опять отчислился.
— Не слух.
— Что не так?

Почему-то мне ничего не хотелось рассказывать. Узел воспоминаний затянул петлю на моей шее настолько туго, что мне казалось, будто год расставания был всего лишь паузой, а сейчас все, как раньше: поцелуи, скандалы, общежитие, стихи, вокруг чужие люди.

Между тем, я переборол себя и рассказал, почему ушел из ВУЗа. Второй раз. Не то, чтобы профессия издателя — не мое, просто в Космосе какие-то перемены, которые странным стечением обстоятельств касаются и меня. Я соврал, что учусь верстке и прочей полиграфической ерунде сам. Но, ей плевать. И мне плевать. Всем плевать. Верстка — не такое уж и важное занятие в жизни человека.

Мы сели в такси и подъехали к ее общежитию. На улице тем временем начинал идти снег. «Снова здесь», — подумал я. В пятиэтажном здании в хаотическом порядке горел свет. То тут, то там студенты готовились к сессии. Снова здесь. Снова тяжелые входные двери. Снова чужие люди. Снова минимум общения, максимум секса. Снова скандалы, крики и пощечины.

— Зайдешь? — спросила она.
— Ладно, — согласился я, и почувствовал, как все стало на свои места.


Читай также откровение СЫНА ТЕРРОРИСТА ЗАКА ИБРАГИМА.


Страница автора.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *